спецпроекты

Искусство на грани: Shoo Studio

Сегодня стрит-арт – это гораздо больше, чем рисунки на стенах. А Normal Restaurant – больше, чем просто еще одна гастрономическая локация. Новым совместным проектом Maincream и Normal Kyiv не только лоббируют продвижение стрит-культуры, но и показывают почему это стоит того. Пять уличных художников. Пять уникальных форматов и пять интервью о том, что мы ничего не знаем о граффити на самом деле.

Что такое искусство? Как с годами менялась социальная ответственность в срезе развития граффити и кто «отмывает» деньги на фоне стрит-арта? Об этом и не только мы говорим во второй главе проекта с талантливыми художниками Shoo Studio. Это искусство на грани, а значит настало  время животрепещущих вопросов.

 

Мы живем в эпоху авангарда. Как думаете, почему он на таком хайпе сегодня?

 

Славик: Тут происходит то же, что и всегда, когда речь идет о моде и определенных тенденциях. Людям просто это интересно. Авангард точно не стал результатом какого-либо другого, предшествующего процесса.

Настя: А я не совсем согласна. Мне кажется, дело в том, что сегодня люди стали более свободными и оторванными от стандартов и канонов. Вот и происходит микс, который мы наблюдаем.

 

А можно обозначить «героя нашего времени»? Есть ли идейный вдохновитель, который сегодня диктует правила в области искусства?

Славик: Думаю, мода на авангард в целом пошла из цивилизованных европейских стран. Как музыка или кино. Если говорить об этом в разрезе искусства, то есть небольшое количество известных художников, задающих ритм этому течению. Я бы не назвал их прямо героями, но они популярны, и от них в своей деятельности отталкиваются остальные. Раскрученность, понимаете. Тот же Бэнкси – яркий тому пример. Ведь это работы не конкретного персонажа, а целой команды, которой делают очень качественный пиар.

 

Кстати говоря о Бэнкси. Я так понимаю, вы согласны с преобладающим среди стрит-художников мнением о том, что это проект, а не человек?

Настя: Конечно! Это проект в который вложено много денег.

Славик: Возможно, там есть один идейный вдохновитель, но будет глупо спорить с тем, что весь остальной объем работы выполняет огромная команда. Бэнкси – это что-то вроде корпорации. Там есть свои менеджеры, реализаторы и креативные директоры. Ведь подумайте сами, многие проекты из тех, что они делали, реализовать самому просто невозможно. Например, за одну ночь нелегально разрисовать здание в 4-5 этажей.

 

И какова главная цель такого проекта?

Славик: Возможно, просто развлекаются (смеется). Ну а на самом деле, на этом зарабатываются большие деньги.

Настя: Провокация всегда хорошо продается. И тем не менее, мне кажется, что там заложен глубокий социальный месседж. И это один из главных посылов. Они ведь часто поднимают довольно животрепещущие темы.

 

Вы реализовываете много частных проектов. Если говорить в целом, то какова доля коммерции в вашей деятельности? Приходилось ли отказываться от заказов в пользу свободы творчества или идете на компромисс с клиентом?

Славик: На самом деле, свобода творчества – это самая большая проблема. К сожалению, времени и на коммерцию, и на творчество для души не хватает. Чем больше уходишь в коммерцию, тем чаще приходится отказываться от тех рисунков, которые хочешь рисовать ты сам. И наоборот. Ловить баланс между зарабатыванием денег и созданием чего-то своего – очень сложно и энергозатратно.

Настя: Но приобретя опыт, со временем мы стали стараться деликатно навязывать заказчику свои идеи и диктовать собственные правила. Таким образом мы чуть расширяем рамки заказчика и продвигаем свое видение творчества через них. Очень важно сохранять свой стиль.

 

Как правило, бытовой заказчик – это рядовой потребитель, который даже при наличии хорошего вкуса, вряд ли разбирается в современном искусстве настолько, чтобы диктовать свои условия и ставить четкие, профессиональные т/з. Каким образом они все же это делают?

Настя: Как правило, в помещениях уже есть готовые площадки для творчества, которые образовались сами собой после ремонта. В тех же офисах, например, часто уже есть графический дизайн, и нам просто необходимо красиво завершить начатое. А бывает, что мы полностью разрабатываем концепт сами. Заказчик не всегда знает и понимает, чего он хочет, вы правы. Зачастую он расплывчато объясняет тематику, а мы вносим свои коррективы и доводим дело до конца.

 

Как давно вы работаете вместе?

 Славик: Около 4-5 лет. До этого долгое время работали по-отдельности, так что к совместной работе пришли уже опытными.

 

А вам комфортно работать в тандеме? Как правило, все стремятся к одиночному плаванию.

Настя: Очень комфортно! Наверное, мы исключение из правила. Зачастую пары стараются проводить хоть какое-то время вдали друг от друга. Мы же вместе 24/7. Но нам это не мешает.

 

Граффити – все еще не самая выгодная история с финансовой точки зрения. Как все таки люди принимают внутри себя решение пойти на этот риск?

Славик: Ты не воспринимаешь это как риск, потому что граффити изначально служит не более чем хобби. Ты просто вникаешь в него все глубже с годами, и вот внезапно обнаруживаешь, что у тебя появляются заказы. Больше опыта – больше серьезных работ на заказ. От халтурок до масштабных проектов. Здесь нет четкой грани, вот в чем суть.

Настя: А у меня все было чуть иначе. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что выхожу на работу в слезах. Так сильно мне не нравилось то, чем я занимаюсь. Со Славой я смогла уйти в свободное творчество. Мне очень интересно проводить с ним время на объектах. Каждый раз новые локации, тематики, люди. Моя предыдущая работа вгоняла меня в рамки, а здесь все иначе.

 

Сегодня Shoo Studio – это красивый бизнес, которым вы вдвоем успешно руководите. Каким вы видете его через 5 лет? У него есть будущее?

Славик: Сегодня наша главная цель – развиваться в том направлении, в которым мы работаем сейчас, повышая качество. Дальше все будет зависеть от тенденций. Даже если спрос на услуги спадет, мы всегда сможем применить наши умения в других сферах.

Настя: Да, тут главное – дотачивать свой стиль. А применить его физически можно где угодно. Ну, практически.

 

А где еще актуальны ваши навыки? Давайте обозначим деятельности, куда можно применить то, что вы умеете. Вдруг хайп на стрит-арт снова сойдет на «нет».

Славик: Нанесение различных надписей уже давно вышло за пределы граффити и переросло в стрит-арт. Как технические работники, мы себе всегда найдем дело. Это может быть иллюстрация, книги, дизайн. Что угодно.

 

То есть, страха остаться «у разбитого корыта» у вас нет?

Настя: Нет. Единственное, чего стоит бояться – это утомление. Даже самое любимое занятие порой превращается в рутину, и возможно, в будущем нам понадобится короткий перерыв. Но все решаемо.

 

Сегодня ваши работы можно найти в ресторанах, салонах красоты, учебных учреждениях и даже в офисах. Все это говорит о востребованности стрит-арта. По-вашему, это просто дань всемирному тренду или показатель того, что наши люди становятся более open-minded?

Настя: Мне кажется, это все-таки синтез нескольких составляющих. Мы много путешествовали, недавно были в Турции и Греции. Но несмотря на то, что граффити там очень распространено, в заведениях его найти невозможно. Они не так активно внедряют его в свои интерьерные решения.

Славик: Да. Там все осталось на уровне низкожанрового хобби. Они не устраивают выставки и вообще никак не продвигают это искусство. Да и фасады в стиле стрит-арт там редко встретишь.

 

Кстати говоря о фасадах. С точки зрения мирового стрит-арта, Киев когда-нибудь сможет стать Лиссабоном? Когда заброшенные здания и страшные фасады становятся не просто красивым элементом архитектуры, но частью чего-то большего?

Настя: Разве что если это будет какой-то очень правильный фасад какого-то очень правильного здания (смеется). Потому что пока у нас просто «отмывают» деньги, приглашая весьма странных зарубежных художников за космические деньги.

Славик: Это происходит потому, что ни у кого не стоит цели создать крутой арт-объект, вписывая его в историю города. Такие проекты создаются для быстрого заработка. Например, те же здания в центре города. Они изначально красивые и завершенные сами по себе! Их не нужно разрисовывать. Их нужно ремонтировать. Но, тем не менее, рисуют именно там, а не на объектах, которые реально нуждаются в рефрешинге, но просто расположены в других районах. Никто не хочет рисовать на окраинах. Все хотят пиариться, рисуя в центре.

 

А есть ли в Киеве место, которое давно вас манит и наталкивает на мысль о том, что было бы здорово там что-то создать?

Славик: Думаю, тут даже не конкретное место, а в принципе – старые районы. Там действительно требуется принять меры.

Настя: Но на самом деле отношение к этому всему у нас довольно скептическое. Пока что ситуация с городом такова, что украшать его нужно не красивыми фасадами, а улучшением инфраструктуры. Все остальное – это замыливание глаз, которое не имеет никакого смысла.

Славик: Конечно. Согласитесь, довольно комично смотрятся все эти привозы иностранных художников и огромные затраты на те же муралы в центре на фоне нечищенных от снега дорог зимой.

 

Очень хорошо, что мы затронули эту тему. Украинский стрит-арт называют «новым черным» в Европе. Но по сути, мы знаем лишь пару имен. А  знаменитый мурал на бульваре Леси и вовсе рисовал австралиец. Вам не кажется, что большинство иностранных художников используют Киев лишь в качестве тренировочной базы и рекламного кампейна своего творчества? В то время как наши ребята по большей части работают на частных заказах, пытаясь заработать.

Славик: Опять таки, как работает логика правительства? Им выгоднее привезти с другого конца света какого-то художника, чтобы заработать на нем побольше. И, конечно, идет расчет на то, что многие люди, не понимая этой сферы изнутри, радовались и думали, что привезти кого-то из-за границы – это высокий уровень и показатель качества. Но это не всегда так. У нас действительно много талантливых ребят, но их не все знают.

 

Почему лоббировать стрит-арт культуру, как это делает Normal с помощью нашего проекта сегодня – это важно?

Славик: Еще лет 10 назад, рисуя на улице, ты столкнулся бы с явной агрессией от большинства людей. Сейчас ситуация гораздо спокойнее. Стрит-арт давно перестал быть подростковым развлечением и стал полноценным искусством. Потому продвигать его дальше – важно.

Настя: Хотя нет смысла отрицать тот факт, что до сих пор имеет место быть то самое граффити, которое принято ассоциировать с вандализмом. По факту, оно таким и является. К этому отношение людей не поменяется, и их можно понять.

 

Сегодня шеф-бармен Normal Kyiv Дарья Пашкель будет открывать вместе с вами новые грани творчества – вместе вы приготовите коктейль, рецепт которого был продуман согласно концепту ваших иллюстраций. Как вы относитесь к коктейлям и что любите пить в целом?

Славик: В последнее время мы в принципе минимизировали присутствие алкоголя в своей жизни, так как он мешает работе, которой сейчас много. Но если все же выбираемся, то пьем что-то максимально простое. Любим классику. Но пробовать что-то новое всегда интересно, так что давайте посмотрим.

Другие материалы