Рецензия на фильм "Венера в Мехах" Романа Полански
Next

Кино / вторник, 14 ноября

Рецензия на фильм "Венера в Мехах" Романа Полански

Перешагнув рубеж 80-летия, Роман Полански, в отличие от своих коллег, остается верен европейскому кинематографу и продолжает совершенствовать свое киномастерство. Трудно назвать "Венеру в мехах" фильмом, это скорее напоминает спектакль двух актеров, ограниченных одним помещением и одной сценой.

Вся картина построена на таланте и убедительности Матье Альмарика и Эмманюэль Сенье, которая по совместительству является супругой Полански. Героиня Сенье за полтора часа невероятно трансформируется. Возможно, из-за такого градиента преображения, образ Альмарика уступает по всем показателям.

Быть может и правильно, достаточно вспомнить сюжет эротической повести австрийского писателя. Полански, привыкший снимать фильмы на английском языке, решил вернуться к родным истокам и дать жизнь "Венере в мехах" на французском языке. Ведь только язык любви способен передать всю экспрессию фильма. 

События разворачиваются в старом, обветшалом театре, где кое-как, заменяя обои, висят наклейки "спектакль отменен", служа фоном для отчаявшегося режиссера-постановщика, взгляд которого устремлен на вульгарную актрису, пришедшую на прослушивание. Первые мысли, при общении с неординарной женщиной, крутятся вокруг желания выставить её за дверь.

Однако, при дальнейшем взаимодействии, стремление отделаться от нее сменяется желанием узнать кто она такая и откуда у нее столько осведомленности не только о роли, но и о нем самом. С этого момента и начинается саркастичный психоанализ с элементами садо-мазо, травести и гротескного высмеивания всех и вся. 

Дух Леопольда фон Захер-Мазоха буквально живет на сцене, даже возникает впечатление, что это он накаляет атмосферу, толкая главных героев на отчаянные поступки. Ехидно наблюдая за тем, как пьеса разыгрываемая французами постепенно вытесняет реальность.

Буквально всё происходящее на фоне парочки блекнет в связи с той атмосферой, разбушевавшейся вокруг них. Отбросив все правила этикета, диалоги и телодвижения становятся пикантнее и гарячее, кажется, что хватит буквально одной искры, чтобы воспламенить сексуальное напряжение, окутавшее мрачный театр. 

Роман Полански уже в том возрасте, когда ему не страшно заниматься самоиронией, высмеивать общество и всю его составляющую. Да и делает это настолько правдоподобно, что у зрителя не остается ничего другого, кроме как поверить. Где-то даже можно нащупать отголоски "Горькой луны", напоминающей о себе феминистичными намеками.

Полански умышленно стирает границы между действительностью забитого театрала и миром его распутных фантазий, которые так и норовят ожить на сцене. Трудно уследить за плавным переходом от реального диалога до цитирования сценария, а все из-за тех хитросплетений загадочной незнакомки, которая с большим азартом, плетет паутину психоанализа, дабы вывернуть наизнанку все перверсии закомплексованного партнера. 

"Венера в мехах" – это эротика в самом нетривиальном своем понимании. Метафизика, возникающая при взаимодействии химической реакции и тонкой иронии, только сближает две противоположности. Весь фильм – это непристойный анекдот с эфемерным финалом. С одной стороны не можешь понять, чем всё закончилось, а с другой стороны – приятный катарсис. И думаешь: "как это и я попалась на удочку режиссера?".

Но стоит отметить, что все-таки Полански не был бы Полански, не заставив зрителя задаться вопросами о своем существовании. Ведь трудно с уверенностью ответить, как бы сложилась судьба примерных семьянинов, в случае реализации самых непристойных сексуальных желаний? А ответ на эти вопросы с большим удовольствием даст Леопольд фон Захер-Мазох.