28 ужинов. Второй сезон. Глава 11: Даша Малахова
Next

Спецпроекты / четверг, 22 марта

28 ужинов. Второй сезон. Глава 11: Даша Малахова

Мы все знаем Дашу Малахову как актрису и ресторатора. Но прежде всего история этой хрупкой девушки – о внутренней силе, мудрости и умении быть счастливой. Нам всем есть чему у нее поучиться. Настоящий кладезь ценных знаний и цитат – в новой главе «28 ужинов».

 

Вы нигде не упоминали о закрытии вашего ресторана. Давайте расставим все точки над «і».

 

Знаешь, в жизни порой случается так, что кого-то очень сильно любишь. И самая большая трагедия – это когда понимаешь, что с этим человеком надо расстаться. Потому что ни ты его лучше не делаешь, ни он тебя. И если вы останетесь вместе, это не принесет ничего кроме мучений. У меня с рестораном были именно такие отношения. И в жизни так бывало. Это тот случай, когда вы не меняете друг друга в качественную сторону. Но это была история любви.

Ужин: Рол без риса з креветкой темпура в дайконе. Кари с креветками.

Вы разочаровались в ресторанном рынке?

Во-первых, я просто стала очарованной другими рестораторами и людьми, которые действительно могут это делать. Потому что теперь для меня стало окончательно непонятно – как? Во-вторых, осознание того, что у нас нет среднего класса. Это был удар в солнечное сплетение.

То есть нет аудитории для ресторана, который вы построили.

Да, именно.

Каким вы видели своего посетителя?

Наш посетитель – это человек, который, пересекая границу Украины, становится европейцем. Но ужас заключается в том, что в Украине он не готов быть европейцем. Это каждый из нас. Мы не можем здесь быть европейцами. Мы пересекаем границу и становимся украинцами.

Как долго вы закрывали ресторан после того, как приняли решение и объявили о закрытии?

Ровно день. Утром решила – вечером сообщила. Я не могу ни секунды больше находиться с мужчиной, другом, просто знакомым, если ничего не чувствую. Я не могу держать кинжал за пазухой. Если я не сказала «нет» – все в силе. Но с той секунды, как я это произнесла, все кончено.

И переубедить вас невозможно?

Разве можно переубедить сердце? Можно переубедить другие органы, но не сердце.

У вас открытая манера общения. Вы искренни с людьми, гостями, коллегами. Есть ли у этой открытости какая-то граница?

Нет. Я всему даю шанс. Может наступить момент, когда я перестаю давать шансы. Но границ нет.

Не страшно, что вас могут травмировать? Открываясь человеку, вы показываете ему все свои чувства. А человек может быть этого не достоин.

Все люди достойны. Да, человек может подвести. Но в чем страх?

В том, что могут задеть морально. Вам ведь бывает больно?

Нет.

Как так? Надо быть абсолютно холодной внутри, в таком случае.

Или очень теплой (смеется). Меня правда, не задевает. Есть страхи, но они скорее связаны с ситуациями. Есть люди, с которыми мне может быть некомфортно. В первую очередь потому, что эти люди могут создавать некомфортные ситуации: для себя, для других, для гардеробщика. Но опять таки, это не направлено на меня. Я вообще не думаю, что на меня может быть направлено что-либо. Нет повода. Раздражать я могу, конечно. Но это их проблема, а не моя.

А почему вы считаете, что можете раздражать кого-то?

Потому что мне нельзя сделать больно. Это иногда раздражает.

А вы иногда грустите?

Я очень эмоциональна. И не всегда в позитивном ключе. Могу быть очень гневной.

Я видел вас в многих ситуациях. Ощущение, будто у вас всегда праздник.

Потому что жизнь – это праздник. Даже на кладбище всюду плюсы и много цветов. Я грущу, бывает такое. Но понимаешь, наверняка где-то есть человек, у которого рак и вросший ноготь одновременно. А есть человек, у которого только рак и человек, у которого вросший ноготь. И человек, у которого такой ноготь, думает, что хуже уже ничего быть не может. Человек с раком думает то же самое. Сиюминутно мы можем себе позволять какие-то «грустинки». Но, наверное, по-настоящему грустны все же только рак и вросший ноготь.

Остальное вас не печалит?

Да меня и это не особо печалит. Когда учишь себя радоваться всему, что происходит, то как-то забываешь о том, что надо погрустить по какому-то поводу. Когда есть дети, близкие люди и здоровье, нет смысла печалиться. У меня в жизни уже было столько трагедий, что, наверное, я просто знаю цену счастью. Как бы пафосно это ни звучало. Раньше я могла ужасно вредной быть. Вести себя непонятно как в ресторанах: отнеси-принеси и все такое. Вечер портился и у меня, и у мужа, и у официанта. Не знаю, стоили ли этого официант и муж, но я – точно нет.

А когда в вас произошла эта перемена?

Когда искренне полюбила себя. Я допускаю ошибки, но даже тогда продолжаю себя любить. Часто говорю об этом в своих постах на Facebook.

Вы часто пишете о своих слабостях.

Но разве это мешает мне себя любить? К сожалению, люди часто пытаются найти простые решения. Например, прочитала статью «Как стать счастливой», исполнила 15 пунктов — и ждешь, пока придет счастье. Это говорит о нашей лени. Это лень – искать простые решения для сложных ситуаций. Счастье дано тем людям, которые трудятся над тем, чтобы его получить.

Это ежедневные репетиции. Нужно любить себя как маму и как женщину, нужно прощать, думать о других хорошо, кайфовать от себя в зеркале. Вот эти все слагаемые, годы тренировок и посещения психоаналитиков, в синтезе дают результат. Гигиена психики. Это действительно рабочая история. Любовь к себе – это практика. Это воспитание тех, кто находится рядом с тобой. Воспитание взаимодействия.

Вы можете представить себя работающей в стандартных рамках с 09:00 до 18:00?

Знаешь, реалии меняются. И современные профессии тоже изменились. Я работаю в профессии сегодняшнего дня. Я не разгружаю вагоны, но я прилагаю адские усилия. Мои тело и голова изнемогают каждый день, поверь.

Сейчас, кстати, думаю над тем, чтобы забирать ребенка из школы. Он будет учиться дома и ходить на кружки. Я узнала, что в тюрьму меня за это не посадят. А это было единственным, чего я боялась. Оставлять ребенка в школе, где он словно в тюрьме, к тому же не изучает ничего актуального – для чего это нужно? Готовить его к чему? К профессии сварщика? Такой профессии уже нет. Сегодня умер Стивен Хокинг. И знаешь, что я поняла? Его ведь даже нет в школьной программе! Как мы учим наших детей? А мы живем в ХХI веке, между прочим.

А в каком классе ваш сын?

В шестом, бедняга. Шесть лет я не понимала элементарных вещей, представляешь?

Нет более жесткого комьюнити, чем дети в школе. Меня школа в какой-то степени морально уничтожила.

Они просто поставлены в такую ситуацию. Они сходят с ума от скуки. Мы все в тюрьме ведем себя плохо. Разве не так?

У вас есть страхи?

Я очень боюсь опыта, потому что он имеет свойство порой превращаться в обиду. Тогда все начинаешь воспринимать сквозь призму подтекста. А я так не хочу. Не хочу смотреть на человека с ожиданием того, что он может обидеть. Но я должна быть готова к тому, что он может это сделать случайно. Никто не идеален. И так же, как я это прощаю себе, а себе мы прощаем очень многое, я стараюсь прощать и другим.

А чего себе не стоит прощать? И до какой степени может доходить нетерпимость к другим?

Если человек не любит темнокожих, например, то он должен прощать другому то, что он их любит. Кто-то назовет это симпатией, но это прощение. Чем больше человек прощает, тем он счастливее. Обида и счастье не могут идти рядом. Именно поэтому я счастливый человек – я не умею обижаться.

А что вы не прощаете себе?

Нелюбовь к себе. Я – человек и иногда даю сбой.

А в чем проявляется ваша нелюбовь к себе?

В разном может проявляться. Я могу больше оправдываться, чем должна, забыть сделать маникюр, требовать от ребенка, чтобы он пошел в эту клятую школу и хорошо учился. Хотя я просто хочу казаться хорошей матерью. А если я хочу казаться, значит я себя не люблю. Верно? Когда любишь себя, перестаешь требовать.

Ваша основная задача – любить себя?

И окружать себя людьми, которые понимают мою ценность. Это главная жизненная задача каждого человека. Таких людей нужно аккумулировать, собирать вокруг себя. Ты открываешь ресторан – его понимают, ты пишешь книгу – ее читают. Ты собираешь единомышленников. Потому что, все, что мы делаем в нашей жизни, мы кодируем. Задача драматурга — закодировать пьесу для актеров, задача актеров – раскодировать ее для зрителя. Шеф-повар, например, кодирует эмоции и вкусы в еде, а гости их принимают и раскодируют внутри себя.

Внутренняя злость. Что не так с людьми, которых изнутри раздирает это чувство озлобленности? С людьми, которые на все и всех бросаются? Мне кажется, вы от этого избавлены.

Нет, не избавлена. Я очень гневная. Гнев – это очень интересная эмоция. Она приходит от беспомощности. Гнев приходит, когда понимаешь, что не в силах что-то изменить. Гневные люди – это люди недопонятые. Они не могут реализовать свою задачу.

У вас есть враги?

Только один. Это я сама. Мы все сами себе враги.